пятница, 31 июля 2020 г.


«И больше всех лишь ты, Кавказ…»
Много скитался, много бродяжил,
Счастье, казалось, живет везде.

В судьбе Есенина с Кавказом связано не меньше, чем у Пушкина и у Лермонтова. «Загадочный туман» кавказских странствий манил и его. Он полюбил Баку и был очарован Грузией. Мечтал увидеть купола Константинополя и подышать воздухом Шираза. Певца бескрайних просторов России пленяла «голубая родина Фирдуси».
В «Автобиографии» 1924 года он пишет, что с 1918 года «началась моя скитальческая жизнь, как и у всех россиян за период 1918-1921гг. За эти годы я был в Туркестане, на Кавказе, в Персии, в Крыму, в Бессарабии, в оренбургских степях, на Мурманском побережье, в Архангельске и на Соловках. 1921 г., я женился на А.Дункан и уехал в Америку, предварительно исколесив всю Европу, кроме Испании…Мне нравится цивилизация. Но я не очень люблю Америки…я готов … предпочесть наше серое небо и наш пейзаж…».
Судя по всему, Кавказ и долгожданная Персия, как и вообще «золотая дремотная Азия» были ему несравненно ближе, чем цивилизованный Запад. Обращаясь к поэтам Грузии, он говорил о себе:

Я-северный ваш друг
И брат!
Поэты - все единой крови!
И сам я тоже азият
В поступках, в помыслах
И слове.

Стихи Есенина появились в газетах Ростова и Екатеринодара еще до революции. Когда же он сам впервые побывал на Кавказе - неизвестно. Вероятно, это произошло в 1918 или 1819 году, когда судьба его «толкала из стороны в сторону». Во всяком случае, в письме к Евгении Лившиц в августе 1920 г., написанном с дороги из Кисловодска в Баку, поэт сообщает: «Я здесь второй раз в этих местах…»
О поездке на юг в 1920 году он долго вспоминал как о «чудеснейшем путешествии». В первых числах июля Есенин и Анатолий Мариенгоф вместе со своим приятелем Григорием Колобовым, получившим командировку и отдельный вагон на Северный Кавказ, выехали из Москвы. На литературных вечерах в Ростове и Таганроге читали стихи. Побывал Есенин и в Новочеркасске, но там выступление не состоялось из-за разгромной статьи в местной газете.
        Из Ростова подались дальше, и после Тихорецкой произошел известный эпизод с жеребенком. Вот как сохранилось это событие сохранилось в памяти Мариенгофа:
«Мы высунулись из окна. По степи, вперегонки с нашим поездом, лупил обалдевший от страха перед паровозом рыжий тоненький жеребёнок. Зрелище было трогательное. Надрываясь от крика, размахивая штанами и крутя кудлатой своей золотой головой, Есенин подбадривал и погонял скакуна. Версты две железный и живой конь бежали вровень. Потом четвероногий стал отставать, и мы потеряли его из вида. Есенин ходил сам не свой».
Этот эпизод послужил основой глубоко волнующего лирического произведения «Сорокоуст», написанного Есениным «в перегоне от Минеральных Вод до Баку».
В Пятигорске друзья заглянули в «Домик Лермонтова». Уходя, Есенин черкнул в книге записей посетителей: «9.VIII. Сергей Есенин и Мариенгоф». Возможно, что именно пятигорские впечатления отразились потом в его стихотворении «На Кавказе»: 

И Лермонтов, тоску леча,
Нам рассказал про Азамата,
Как он за лошадь Казбича
Давал сестру заместо злата.

За грусть и жёлчь в своем лице
Кипенья желтых рек достоин,
Он, как поэт и офицер,
Был пулей друга успокоен.

Есенин ещё не раз вспоминал Лермонтова в своих стихах. В разговоре мог без усилия привести на память его любое четверостишие, а поэму «Мцыри» знал наизусть целиком. Позже, уже находясь в Грузии, он поднялся к описанному Лермонтовым монастырю «Джварис сагдари», более известному теперь под названием «Мцыри».
Вскоре друзья продолжили путешествие на юг. Окрестная природа оставила поэта равнодушным. «Сегодня утром мы из Кисловодска выехали в Баку, – писал он с дороги, – и, глядя из окна вагона на эти кавказские пейзажи, внутри сделалось как-то тесно и неловко. Я здесь второй раз в этих местах и абсолютно не понимаю, чем поразили они тех, которые создали в нас образы Терека, Казбека, Дарьяла и всё прочее. Признаться, в Рязанской губ. я Кавказом был больше богат, чем здесь...».
Через Дербент и Баку Есенин впервые попал в Тифлис, где провёл несколько дней. О встрече с ним в эту пору рассказал в своих записках А.И. Гербстман: «Я сначала не поверил, что встретился с Есениным: он выглядел совсем по-мальчишески, был навеселе, его разговор не совпадал с моими представлениями о знаменитом поэте... Во втором часу ночи поэта начали уговаривать прочесть стихи. Он, как мне показалось, несколько кокетливо отказывался вначале, потом согласился. Читал Есенин изумительно: очень эмоционально, всем телом жестикулируя, особенно руками и головой. Мои сомнения полностью рассеялись. Я был потрясён...».
На обратном пути друзья вновь заехали в Пятигорск. Мариенгоф слёг в тропической лихорадке, Есенин один отправился в Москву с красноармейским эшелоном.
В 1924 году поэт исколесил Кавказ от Каспийского моря до Чёрного.
С Москвой распрощался надолго: «Уезжаю года на два», – уверял он в одном из писем. В первых числах сентября прибыл в Баку, откуда вскоре выехал в Тифлис. «...Увидел я его впервые красивым, двадцатидевятилетним, – вспоминал об этом времени грузинский поэт Георгий Леонидзе, – с уже выцветшими несколько кудрями и обветренным лицом, но задорно-синеглазым и по-детски улыбчивым, хотя и не без складки усталости на этой доброй и доверчивой улыбке. О нём сразу создалось впечатление, вскоре навсегда закрепившееся, как о кристально чистом человеке подлинно рыцарской натуры, тонкой и нежной души. Душевный контакт с ним установился мгновенно...».
В этот период Есенин работает над циклом «Маленьких поэм» «Русь советская», «Русь бесприютная», «Русь уходящая», «Письмо к женщине», «На Кавказе»; лирическим циклом «Персидские мотивы». Создает «Балладу о двадцати шести», посвященную погибшим бакинским комиссарам, и поэму «Анна Снегина», готовит сборник стихов «Страна советская».
Есенин дважды возвращался в Баку и, наконец, в декабре из Тифлиса отправился в Батум, где встретил новый 1925 год. Предполагал пробыть на Кавказе «до мая», «до весны». В феврале, проделав обратный маршрут, через Тифлис и Баку к 1 марта возвратился в Москву, беспрерывно проведя на Кавказе почти полгода.
Он обещал тифлисским друзьям вскоре вернуться. Хотел даже построить себе дом на берегу Куры. Хотел провести в Тифлисе следующую зиму и поохотиться в горах на кабанов и медведей.
«Грузия меня очаровала. Как только выпью накопившийся для меня воздух в Москве и Питере, тут же качу обратно к Вам, увидеть и обнять Вас», – пишет он Тициану Табидзе. И действительно, в конце марта вновь пускается в путь, но не в Тифлис, а в Баку. Ему словно не сидится на месте: вернувшись в Москву в конце мая, 25 июля с Софьей Толстой он вновь отправляется в Баку – в последний раз.
В начале сентября 1925-го Есенин покинул Кавказ. Теперь – навсегда.

Источник:
Маркелов, Н. «И больше всех лишь ты, Кавказ…»/Н.Маркелов. - Текст: непосредственный//Ставропольский хронограф на 2000 год. Краеведческий сборник/СКУНБ им. М.Ю. Лермонтова; под ред. Н.Д. Судавцева, Л.П. Дуренко. - Ставрополь, 2000. – 83-87.
Фото с интернет-ресурсов:






Комментариев нет:

Отправка комментария